helvene
Когда Бернард подошел к храму, там, хоть время и подходило к вечерне, было на удивление пусто и тихо. Двери были открыты, изнутри доносилось приглушенное пение, а у входа стояли два монаха, вполголоса говорившие друг с другом. До Бернарда долетели слова: "Не к добру это." Дождавшись, пока монахи поднимутся наверх, он, постояв какое-то время в раздумье, направился вслед за ними. Подойдя к келье игумена, постучал.

- Вечер добрый, святой отец, - молвил Бернард, по привычке заранее склоняя свою голову.

- Войдите, сын мой, - голос настоятеля прозвучал даже как-то механически.

Бернард вошел, осмотрелся: ему явно не нравился голос игумена.

- Святой отец, вы как себя чувствуете?

Тот сидел за столом, и, прищурившись, читал длинный желтого пергамента свиток. Как только в комнату вошел Бернард, священник отвлекся от чтения и поднял на него близорукие глаза. Храмовника он узнал далеко не сразу.

- Игумен, узнаете ли вы меня?

- Да, сын мой, - голос настоятеля слегка изменился, став более строгим. Он встал, отложил свиток в сторону и указал Бернарду на стоявшее рядом со столом тяжелое деревянное кресло. Бернард отметил про себя, что раньше кресла в кабинете еще не было: этим вечером настоятель явно кого-то ждал.

- Спасибо, святой отец, но только после вас. И, если вас не затруднит, велите подать вина.

Тот кивнул, подошел к шкафу, придвинутому близко к столу, и несколько раз постучал в стену. Звук был громкий и гулкий, будто за деревянной панелью стены была пустота. Буквально спустя минуту дверь чуть-чуть приоткрылась, и внутрь просунулась вихрастая голова с веснушками на щеках.

- Вина и два кубка, - коротко сказал настоятель.

- Спасибо, я не ел с обеда и чертовски проголодался. У меня есть к вам два вопроса.

Голова кивнула и собралась уже исчезнуть, как настоятель добавил: "И распорядись насчет ужина".

- Если позволите, то я бы хотел вернуться к этому самому магу из Башни.

- Магистру? - произнес настоятель с легким вздохом.

- Да, святой отец, я собираюсь обвинить его в предсказаниях.

Настоятель наконец-то сел и глубоко вздохнул.

- Сын мой, мастер Бернард... у вас есть доказательства, к которым с вниманием отнесется Трибунал?

- Я понимаю ваши опасения, но поверьте, связи между вами я не вижу. А что касается доказательств, то они у меня будут, и не спрашивайте, какой ценой.

Дверь отворилась, и тот же вихрастый подросток с веснушками, одетый в светлую рясу, внес поднос с запотевшей бутылью вина, двумя глубокими кубками и железным блюдом. На нем, источая соблазнительный запах, лежала только что снятая с вертела жирная утка. Священник дождался, пока мальчик выйдет за дверь, и закрыл ее изнутри на щеколду.

- Я не совсем понимаю вас, мастер Бернард.

Дождавшись пока все это установят на стол Бернард достал свой нож и отрезал два куска положив один настоятелю, а другой себе.

- Я хотел бы, чтоб этот город сам принял бы Орден к себе.

- Храм, хоть Айген и был всегда вотчиной Анклава, со дня основания считался частью Мондской Резиденции Ордена. Равно как и скромная обитель, основанная еще раньше Храма.

- И ваши молитвы, а я их сегодня слышал, могут помочь в этом. Что Анклав? Я хочу видеть здесь сильную руку Ордена.

- И между нами и Анклавом не может быть никакой связи.

- Анклава здесь нет, и почему Ордену не заполнить пустоту?

Выслушав слова Бернарда, священник вздохнул еще раз.

- Боюсь, вы выбрали не того человека для этого разговора, сын мой. Я всего лишь пастырь человеческих душ, и не мне решать то, о чем сейчас вопрошаете вы, - продолжил он вздыхая - На все воля Незримого, и как повелит он - так тому и быть. Мы всего лишь песок в его руках.

- Я прошу вас всего лишь читать свои молитвы так же проникновенно, как вы делали это сегодня вечером, только добавьте пару слов про Орден. А я позабочусь об остальном, если так будет угодно Всевышнему.

Тот лишь устало покачал головой.

- Вы хотели вина, мастер Бернард? Так не стесняйтесь. Погребам нашей скромной обители еще есть чем похвастаться.

- Да, такому вину может позавидовать и сам Великий Магистр. А откуда оно у вас?

Игумен неожиданно легко улыбнулся.

- Спускаясь с Перевала, я так и не видел виноградников.

- Когда-то достаточно давно уже, монахи обители внесли свою скромную лепту в дело того, чтоб Перевал и Долина не стали еще раз полем битвы. Одна из сторон, заинтересованных в этом, оказалась весьма благодарна, и до сих пор в погребах под монастырем стоят несколько сотен бутылей этого вина. Я даже не знаю, есть ли в нем что-то от винограда. А эльфы не знали, что Незримый не одобряет подобные пристрастия среди служащих ему.

- Мне нет дела до каких-то там эльфов, и что они думают по поводу вина.

- Признаться, я и сам не знаю, что они о нем думают. Но, стоит отдать им должное, вкус у их вин все-таки выходит отменным.

- Зримый или Незримый я привык сам писать свою судьбу.

Настоятель замолчал. В воздухе повисло некоторое напряжение.

- Вам не занимать смелости и решительности, мастер Бернард.

- Я понимаю, что это противоречит общепринятой морали, но так решали все мои предки и не мне изменять устоям семьи.

- И десница Незримого явно от щедрот его одарила вас удачей.

- Да. Если считать, что Магистр стал мне вроде отца, когда тот отдал свою жизнь за Орден. Но, довольно о земных печалях. У меня была к вам еще одна просьба.

- Я слушаю вас, мастер.

- Вы можете выделить мне трех лошадей? Пусть крестьянских, но мне нужно скоро быть в Монде и вернуться назад. Если все пойдет, как я думаю, я отдам за них втрое больше, чем они стоят.

- Я бы с радостью, сын мой, но обитель всегда располагалась в городе и не имеет своей конюшни. У нас нет лошадей, - настоятель задумался, - но вы можете обратиться с той же просьбой в Обитель Безмолвия. Она стоит чуть поодаль от Западного тракта, в дне пути от города.

- Во-первых, я здесь ничего не знаю, а во-вторых, есть ли у них лошади?

- Есть, - священник кивнул головой, - и я выделю вам провожатого.

- Буду премного благодарен. С рассветном я буду ждать его у трактира, где я остановился, и со мной будут еще два человека.

- Да хранит вас вера, мастер Бернард. Я надеюсь, вы не побрезгуете небольшим советом простого священника?

- Моя душа открыта для вас.

- Я буду молиться Незримому, чтоб он и дальше столь же щедро наделял вас удачей, как и ранее. Но и вы не отнеситесь небрежно к этому подарку. Далеко не все здесь будут рады услышать предложение, прозвучавшее сегодня из ваших уст здесь. Я никогда не решал столь важных для Ордена вопросов, но, проведя на Перевале несколько десятков лет, уверен, что ваши слова предназначены далеко не для каждого.

- Они будут звучать только в стенах Ордена. Если так решит мондский магистр, мой меч будет к его услугам.

- Внимательно выбирайте уши, которым они предназначены, - услышав упоминание о магистре, настоятель еще раз печально вздохнул.

- Вы хотите сказать, что магистр востока не печется о благе Ордена? Тогда с кем я могу говорить в Монде?

- Есть вещи, что вообще не стоит обсуждать вслух, сын мой. Я никогда не искал ответов на вопросы, что сейчас беспокоит вас. И вряд ли могу быть в этом помощником.

- Так стоит ли мне рассчитывать хоть на понимание магистра?

Настоятель вновь тяжело вздохнул:

- Я буду молиться за вас, сын мой.

- И кто заведует набором в Орден?

- Не думаю, что здесь происходит что-то иначе, нежели чем на западе от Перевала.

- То есть брат распорядитель. И как его имя, святой отец?

- Вас интересует тот, кто занимается послушниками здесь? Или в Монде? Я могу велеть позвать брата Дариса.

- Конечно в Монде! И не послушников, а воинов Ордена!

- А вот тут я опять ничем не могу быть вам полезен.

- Что же, по крайней мере, вы оказали мне одну услугу, накормили и напоили вином.

- Да хранит нас вера, мастер Бернард.

Бернард склонился и поцеловал руку игумена, благословившего его. Затем он распрямился и молча вышел. Спустился вниз, постоял возле статуи Плача Падших и вышел во двор.

@темы: Слезы Мордред, ролевое